В вихре времени
Техническим руководителем Кузнецкого завода был крупнейший металлург страны Иван Павлович Бардин. Его научные труды виделись не только в томах научных книг, но и в мощном корпусе первой доменной печи Кузнецка, в фермах мартеновского цеха. На трудном участке плавления металла увидел свое рабочее место и инженер Григорий Носов. Деятельная натура молодого специалиста искала практического применения своим знаниям и приобретенному опыту. Из научной лаборатории Носов переходит в мартеновский цех, только что введенный в эксплуатацию. Его назначают сменным инженером.
Такого завода, таких цехов, как в Кузнецке, тогда еще не было. Для коллектива мартеновского цеха 1933 год был первым, самым трудным годом освоения новой техники. Не хватало опыта, культуры производства. Все это не позволяло нарабатывать режимы технологических процессов. Их создавали ощупью, в ходе работы.
В августе 1933 года на завод приехал нарком Серго Орджоникидзе. 2 августа он выступал на собрании партийно-хозяйственного актива:
– Металл нам нужен, нужен до чертиков, как воздух человеку, как вода, – горячо и страстно говорил Серго. – Металл является сейчас решающим фокусом всего нашего народного хозяйства. От металла зависит, как мы подготовим страну к обороне…
На заводе ведется работа по реорганизации управления, внедряется техпромфинплан, между бригадами разворачивается соревнование, создаются школы по повышению квалификации работников, ведется техническая учеба. Одну из таких школ возглавил сменный инженер Григорий Носов. Уже в сентябре 1933 года эта работа принесла первые плоды – месячный план мартеновский цех выполнил на 105,9 %. Цех и его лучшие работники были занесены на заводскую Красную доску. Свой вклад в эту первую победу внес и молодой инженер-сталеплавильщик Г.И. Носов.
2 июня 1933 года на Кузнецкий завод прибыла делегация магнитогорских металлургов. Обсуждались условия соревнования. А через месяц кузнецкие металлурги были в Магнитогорске для подписания договора о соревновании. Как раз в эти дни магнитогорцы сдали в эксплуатацию первую мартеновскую печь и готовились к пуску блюминга. Помощь кузнечан, уже имевших опыт работы на таких агрегатах, была для них исключительно важной. Так состоялось первое знакомство Г.И. Носова с коллегами-сталеплавильщиками Магнитогорского металлургического комбината, переросшее в дальнейшем в тесное производственное сотрудничество и во многом определившее дальнейшую судьбу Григория Ивановича.
В начале 1934 года Носов становится обер-мастером мартеновского цеха. В течение 1934–1935 годов при непосредственном участии Г.И. Носова в мартеновском цехе были введены в эксплуатацию и освоены семь большегрузных мартеновских печей и крупнейший в стране на тот период миксер на 1200 тонн чугуна.
В декабре 1934 года Григорий Иванович был назначен заместителем начальника мартеновского цеха № 2. В 1935 году мартеновцы Кузнецка ввели в строй одиннадцатую и двенадцатую мартеновские печи, а в феврале 1936 года была пущена тринадцатая – 300-тонная мартеновская печь, самая мощная на то время в Советском Союзе и в Европе. В июле 1937 года Носов назначается начальником мартеновского цеха № 1 .
Кузнецкий комбинат того времени напоминал большую лабораторию: везде проходили эксперименты, нащупывались пути ведения технологии и организации производства. Основная борьба в технологических вопросах мартеновского производства разгорелась между Г.И. Носовым и приехавшим в 1934 году на комбинат американским специалистом Р. Вэйлом. Носов считал, что американские специалисты не заинтересованы в формированном ходе печей и тем самым сдерживают инициативу сталеваров. Вейл старался привить американские методы ведения технологии, предусмотренные фирмой «Фрейн», многие их которых были внедрены и дали хорошие результаты. Но механическое копирование американских методов далеко не всегда давало нужные результаты. Носов умел увязать теорию с практикой и учитывал конкретные условия Кузнецкого комбината.
Чтобы разрешить технический спор, выявить, чья практика прогрессивнее, Бардин предложил Вэйлу занять должность начальника блока печей и не только давать советы, но и полностью отвечать за работу участка. Другим блоком назначили руководить Носова. На носовском блоке, использовав форсированный тепловой режим, повышенную садку и другие методы работы, уже применявшиеся в Кузнецке, добились такого съема стали с одного квадратного метра пода печи, который по крайней мере на 20-25 % превышал съем, предусмотренный техническим проектом. Так Носов выиграл спор у американца.
Осенью 1937 года в Кузнецке была освоена первая в стране большегрузная мартеновская печь. В это время академика Бардина отзывают в Москву, в наркомат. На пост главного инженера Кузнецкого металлургического завода он рекомендовал Григория Ивановича Носова. 21 октября 1937 года Носов был участником Всесоюзного совещания металлургов, и весь свой 40-минутный доклад посвятил работе большегрузных мартеновских печей, удивив даже крупных специалистов своими прогнозами о будущем мартеновского производства, о необходимости идти на создание мартенов-гигантов.
По итогам 1937 года за образцовую организацию работы в мартеновском цехе № 1 и выполнение производственного плана Григорий Иванович награжден знаком «Отличник социалистического соревнования тяжелой промышленности».
В 1937 году комбинат стал рентабельным производством. Мартеновцы Кузнецка при активном участии Григория Носова решали задачу увеличения садки печей и объема сталеразливочных ковшей, что давало резкое повышение производительности труда на все последующее время.
В декабре 1937 года Григорий Иванович назначен заместителем главного инженера, в январе 1938 года – временно исполняющим обязанности главного инженера и в сентябре 1938 года приказом № 2781/к наркома тяжелой промышленности утвержден главным инженером – первым заместителем директора комбината. Здесь еще полнее раскрылся талант Носова как организатора производства. В этот период он организует и возглавляет работу вновь созданного в конце 1937 года производственно-распорядительный отдел комбината, поднявшего на еще более высокий уровень организационные формы управления производством.
Выдающиеся способности Г.И. Носова как организатора крупного металлургического производства предопределили решение руководителей отрасли в апреле 1939 года о его переводе на Магнитогорский металлургический комбинат с перспективой его выдвижения на должность директора Магнитки.
А в мае 1939 года Григорий Иванович Носов стал участником XVIII съезда ВКП(б), в центре внимания делегатов был третий пятилетний план на 1939–1942 годы. Закреплялась генеральная линия партии – преимущественное развитие тяжелой промышленности.
Г.И. Носов утвержден главным инженером Магнитогорского металлургического комбината через месяц после завершения работы съезда партии. Ему в ту пору было 34 года. Рекомендовал Носова на эту должность Л.М. Каганович, который был секретарем ЦК ВКП(б) и зам.председателя Совета Народных Комиссаров СССР. Решающую роль в этом сыграло то, что Носов за годы работы в Кузнецке стал высококлассным специалистом в области сталеварения, основательно изучал мартеновское производство, приобрел бесценный производственный и управленческий опыт.
6 мая 1939 года семья Носова прибыла в Магнитогорск. На комбинате это было время, когда в работе предприятия проявлялись существенные недостатки, и поэтому особенно актуальны стали проблемы освоения новой техники, повышения технологической дисциплины и производительности труда. Но борьба с отсталыми методами работы шла нелегко. Мастера и сталевары, привыкшие работать по-старинке, с большой неохотой и под нажимом выполняли требования новых инструкций.
Оказалось, что Носова многие на Магнитке знали по совместной учебе на рабфаке, в Томском институте, по работе на Катав-Ивановском и Белорецком заводах. Вместе с этими людьми уже через три месяца удалось подтянуть мартеновские цеха. И 31 августа 1939 года по инициативе Носова состоялся слет стахановцев и ударников комбината. Он впервые выступил перед магнитогорцами с докладом, в котором стремился донести до сидящих в зале, что изменилось в стране с тех пор, как начали создаваться металлургические гиганты в Магнитогорске и Кузнецке. Слет поддержал нового главного инженера. Выступившие стахановцы и командиры производства внесли немало рекомендаций, направленных на совершенствование всей работы комбината.
13 марта 1940 года директором предприятия был назначен Григорий Иванович Носов. Руководство наркомата отмечало, что Носов поставил производство металла на научную основу, ввел понятие «технологический график» и добился его безусловного выполнения. Это позволило уже в предвоенные годы улучшить качество выпускаемой стали и при этом не только не сократить, но и увеличить объемы ее производства.
В начале июня 1940 года ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли два постановления: «О мероприятиях, обеспечивающих выполнение установленного плана выплавки чугуна, стали и производства проката» и «О мероприятиях по обеспечению строительства и капитального ремонта в черной металлургии на 1940 год». Этими документами определяла программа ввода в действие важнейших пусковых объектов черной металлургии. Магнитогорскому комбинату предписывалось ускорить ввод в строй двух мартеновских печей, блюминга № 3, доменной печи № 5 и коксовой батареи № 4. Проектированием этих объектов занимался магнитогорский Гипромез, созданный в апреле 1940 года как филиал Всесоюзного Гипромеза по решению Наркомчермета приказом директора ММК Г.И. Носова.
1940 год Магнитогорский металлургический комбинат завершил успешно, впервые за многие годы выполнив план по ведущим переделам производства. 15 января 1941 года открылась научно-техническая конференция, на которой обсуждались задачи, стоящие перед комбинатом в новом году. С докладом выступил директор Г.И. Носов. Он отметил, что выплавка чугуна, стали, проката увеличились, а комбинат дал государству 100 миллионов рублей прибыли, но несмотря на это, годовой план в целом не был выполнен. Конференция обсудила важнейшие технические проблемы и определила задачи на предстоящий период. После конференции металлурги Магнитки усилили борьбу за выполнение планов и добились значительных успехов. Так, 14 февраля комбинат после долгого отставания перевыполнил суточный план по всему металлургическому циклу. А 15 февраля 1941 года в Москве открылась XVIII Всесоюзная партийная конференция. Носов принимает участие в конференции. Приехав в Магнитогорск, Григорий Носов призывает металлургов создать свой, магнитогорский стиль работы, стиль металлургического комбината высокой культуры производства и новейшей технологии. В апреле 1941 года жюри Всесоюзного социалистического соревнования металлургов присудило первое место коллективу доменной печи № 3 ММК с вручением переходящего Красного знамени газеты «Правда». 20 июня доменщики и горняки досрочно выполнили полугодовой план. 21 июня завершили задание прокатчики, 22 июня – мартеновцы. Эти достижения создавали благоприятные условия для успешного выполнения плана 1941 года.
