Во второй половине 1930-х годов ЧТЗ все чаще получал разнообразные оборонные заказы. Практически каждый из них становился своеобразной проверкой профессионального мастерства тракторостроителей. Иногда для их выполнения требовалось освоить уникальные технологии. Именно так произошло с маленькой самолетной шестерней, для изготовления которой пришлось первыми в СССР внедрить экстюдинг-процесс (выдавливание, позволяющее добиться строго определенного направления волокон металла). Штамповка корпуса минометных мин обошлась гораздо дешевле, всего лишь спроектировали специальный штамп. Чуть позже появился специальный механический цех, обрабатывавший корпуса снарядов. Еще одним важнейшим оборонным заказом стал выпуск двенадцатиплунжерного топливного насоса ТН-12 для мощных авиационных двигателей. Выполнение этого задания контролировал лично И.В. Сталин.
В 1940 году оборонное изделие появилось и на главном тракторном конвейере. Предыстория его такова: в 1939 году на опытный дальний пробег по маршруту Челябинск-Москва вышли две новые машины. Они назывались гусеничный транспортный трактор типа С-2, но всем была очевидна их военная специальность: артиллерийский тягач. Создан он был специалистами НАТИ с участием челябинского КБ на базе трактора С-65. Мощность двигателя подняли почти вдвое – до 120 л. Вместе с подрессоренной тележкой и катками с резиновыми бандажами это обеспечило машине плавный ход на высокой скорости. В отличие от трактора, С-2 имел кабину автомобильного типа, платформу и гусеницу новой конструкции.
Организация производства гусеничного тягача потребовала в 1939 году дополнительных затрат в сумме 57,8 млн рублей – с учетом того, что кабину поставлял автозавод «ЗИС». Для обеспечения выпуска С-2 ЧТЗ освободили от производства нескольких запчастей трактора С-60.
К концу 1939 года удалось собрать опытную партию из 12 тягачей С-2. После их всесторонних испытаний в следующем, 1940 году началось серийное производство, причем финальная сборка шла на одном конвейере с тракторами. Правда, предварительно пришлось удлинить главный конвейер на 36 м, освоить отливку траков из высокомарганцовистой стали Гатфильда, спроектировать и изготовить неисчислимое количество оснастки и инструментов. До конца 1940 года с конвейера сошла только 21 машина. Так что основная часть построенных в Челябинске 1212 тягачей С-2 пришлась уже на 1941 год.
Заводские технологи еще только обдумывали перестройку главного конвейера под тягач С-2, а ЧТЗ уже получил новое важное задание, определившее лицо предприятия на десятилетия вперед и ставшее своего рода испытанием на зрелость. Постановлением СНК № 1073-421 от 19 июня 1940 года тракторозаводцам было предписано освоить производство тяжелых танков КВ конструкции Кировского завода. Через день соответствующий приказ подписал нарком среднего машиностроения И. Лихачев. Ассигнование на строительство новых танковых цехов составили в 1940 году 120 млн рублей. В течение 1940 года требовалось выпустить пять танков, в 1941 году – 300, в том числе 200 с 76-мм пушкой и 100 вооруженных 152-мм гаубицами.
В 1940 году тяжелый танк КВ, так же как и знаменитая тридцатьчетверка, был самой мощной машиной своего класса. Лобовая и бортовая броня толщиной 75 мм надежно защищала от всех известных в то время противотанковых средств. Длинноствольная 76,2-мм пушка была равно пригодна для уничтожения и танков, и полевых укреплений, и пехоты противника.
Уникальный дизельный двигатель В-2К мощностью 600 л.с. вместе с независимой торсионной подвеской обеспечивали весьма неплохие ходовые качества, несмотря на вес в 47 т. Вместе с тем конструкция танка была еще откровенно «сырой» и для серийного производства малопригодной. В сентябре 1940 года с недостатками КВ разбирался Наркомат государственного контроля. Обнаружилось множество недостатков: плохие воздушные фильтры, ненадежные трансмиссия и ходовая часть, неудобная в работе боеукладка, слабость поворотного механизма башни, «недоразмеренная» система охлаждения двигателя, малый ресурс дизеля (не более 80-100 час. работы в танке). Военный представитель Кировского завода инженер 3-го ранга Каливода считал, что «…в настоящий момент назвать машину боеспособной нельзя… Отправлять ее в армию можно только как учебную, а не боевую». Он предлагал до конца года ограничить выпуск КВ на Кировском заводе 7-8 машинами и все силы бросить на доработку конструкции.
Для оказания помощи в Челябинск выехала группа из пяти конструкторов и технологов Кировского завода во главе с инженерами М.Н. Ижевским и Л.А. Маркиным. На самом ЧТЗ с целью координации всех работ по КВ были созданы управление реконструкции завода и танковый отдел № 3 с технологическим, планово-диспетчерским и конструкторским подотделами. Последний с 29 сентября 1940 года стал самостоятельным танковым СКБ-3, куда вошли лучшие местные конструкторы, всего около 30 человек. Главным конструктором был назначен Б.Е. Архангельский, его заместителем – М.Ф. Балжи. Для усиления КБ была направлена также группа из 12 конструкторов Ленинградского завода им. Ворошилова (он же № 174).
Под серийное производство КВ специализированным проектным институтом 8ГСПИ разрабатывался проект нового сборочного корпуса. До его пуска приходилось рассчитывать только на существующие мощности. Выяснилось, что Опытный завод, несмотря на универсальное оборудование и квалифицированные рабочие кадры, не в состоянии выполнить правительственное задание – построить к 1 января 1941 года пять танков. Поначалу пришлось использовать кооперацию нескольких цехов, прежде всего ремонтно-механического, нормалей, шасси, дизельного и др. Использовали помещения вновь построенного цеха ширпотреба, где собиралось основное оборудование и шла узловая сборка. Дополнительный производственный участок создавался в другом новом цехе – газогенераторном.
В сентябре из Ленинграда привезли эталонный танк. Одной из самых серьезных проблем стал запрет вносить какие-либо конструктивные изменения в поступавшую из Ленинграда чертежную документацию, хотя технологичность танка оставляла желать лучшего. Тем не менее, несмотря на все проблемы и трудности, первый челябинский танк КВ был собран 31 декабря 1940 года. Заложенные в конструкцию танка технологические решения оказались более удобными для серийного производства, чем аналогичные технологии головного Кировского завода.
Танки, моторы, технологию и людей ожидало самое суровое испытание – проверка войной.
Из книги С.В.Устьянцева «Челябинский тракторный завод» (Серия «Элита российской индустрии»). Екатеринбург. 2008. С. 43-44.